Рыцарь Мордред давно уже сед,
Рыцарь Мордред в седле не сидит.
“Где мой отец?” – тоскует Мордред.
“Где мой отец?” – Мордред говорит…
— Тол Мириам
Я надеюсь, что ты теперь стал единым целым –
разлученный со мной (мы увидимся, слово мага!),
ты ведь больше не узник Теней, не лишенный тела
белый сид, что глядит со дна зрачков некроманта…
Я… признаться, хотел узнать, но боялся верить,
что за тварь… что за бог породил меня и покинул.
Я учился путям Теней, открывая двери,
я не верил словам, узнавая твой нрав и титул,
я стал другом врага твоего, разметав все карты,
и в заботе твоей видел я только блеф и ложь –
но упрямо твердил всяк, кто видел тебя однажды:
“Ты похож на него, просто чудо, как ты похож!
Злой король Каэрданна, бесчестная бледная нежить,
что угрозами, магией, хитростью взял себе трон…
Плоть от плоти твоей, кровь от крови твоей, юный Эйрик”.
Я разбил свои грезы. По миру катился звон.
Я добрался в столицу, сменив пару жизней и кожу.
Я дал слово, что быстро устрою здесь переворот.
Я был смел и удачлив, и сразу ваш мир растревожил,
Я готовился к битве, отправившись в Тени – и вот…
…здесь меня обступает клубящийся мрачный туман,
и я слышу таинственный и не знакомый мне голос…
“Я заждался тебя…” – обернулся – и вижу… я сам. –
“Здравствуй, сын”… Хрупкость черт, мягкий взгляд и серебряный волос,
да изящная, нечеловечья, звенящая стать.
Я… назвал твое имя – и больше не знал, что сказать.
“Я не думал, что ты навестишь меня скоро… так скоро.
Расскажи, для чего ты пришел сюда?” – “Знаешь… и я…”
— незнакомые чувства, нахлынув, сдавили мне горло –
“Диармайд, я хотел… я хотел посмотреть на тебя.”
“Посмотреть?…” – “Посмотреть. Говорить… да, наверное, тоже.
Удивлен, признаюсь, что ты помнишь еще обо мне.” –
“А ведь я наблюдал за тобой… Не касался, и все же…
Я следил за тобой, с самых первых и до этих дней.”
“Интересно, – я жалил змеей, – что тебе помешало?” –
“Я надеялся, ты будешь счастлив там, в мире людей.” –
“Ах, конечно, я знал много “счастья”, его мне хватало…” –
“Я хотел бы забрать тебя, но… я не мог.” – “Веселей!
Что ты хочешь теперь, сид с лицом моим?” – голосом кобры
Я впивался в тебя, но казалось, что грыз свою плоть. –
“Я… не знаю. Хотел бы отцом тебе быть, но… я проклят.
Своей матерью, демоном, это мне не побороть.
Оставаясь в Тенях, я смотрю на свою половину…
Ту, что правит в столице – я там, в глубине его глаз.” –
“Тоже – ты?” – “Тоже – я.” – Ты схватил меня за руки. – “Сын мой…” –
“Я… я верю тебе. Мой… отец. Я… спасу, я… сейчас…”
Обнимая тебя, я дрожал от душивших рыданий,
Но услышал твой голос – “Беги. Сын мой, Геррике, он…”
Он явился бесшумно, в глазах его иней не таял.
“Что за сцена. Он врет тебе, Эйрик.” Ты выплюнул – “Вон.”
— “Отчего, если это мой сын? Я скучал, Эйрик, право…”
Ты… рванулся навстречу себе, я – рванулся назад…
И запутался в клочьях недобро-густого тумана.
Он тянул меня вниз… я пропал. Я… позвал тебя. Взгляд
твой рассеял туманные, дымные, жуткие кольца.
“Кто ты?” – “Я – твой отец. Ну же, Эйрик, мой сын, я так рад…” –
“Как ты звал меня?” – “Геррике, сын. Наш язык.” – Имя… жжется. –
“Обещай, что вернешься ко мне. Отправляйся назад…”
Обнимая тебя на прощание, я чувствовал горечь,
Эту сладкую боль, и холодный покой твоих рук…
И проснулся уже во дворце. Ты, конечно же, помнишь.
Ты всегда был хорош. Обещание взял темный из двух.
Началась моя жизнь в странной роли наследного принца.
Ты, войдя в эту комнату, видел в глазах моих страх.
“Ты… боишься меня?” – “Я боюсь.” – Ты шагнул ко мне, близко.
“Ты не рад мне? Теперь, наяву? Посмотри – это я.
Ты ведь сам согласился, в ответ на мое приглашение,
Возвратиться. Позволь прикоснуться к твоим волосам…”
В моем сердце горела любовь пополам с отвращением.
А потом… я потом снова обнял тебя, папа. Сам.
…как меня увело по тропе наших воспоминаний.
Ты ведь помнишь, ты помнишь, как нас вихрь судьбы завертел…
Как в бою меня ловко похитил советник твой, Даррен.
Как на трон возвели королеву. Как я не успел…
Не успел повидаться с тобой, обновленным и целым.
Ведь в проклятии было условие злое дано:
Лишь когда мир покинет любимый и черным, и белым,
В тот же час колдовство распадется. Теперь уж давно
все исполнилось, мир исцелился, хотя бы отчасти.
И давно я ищу тебя, выйдя на тропы Теней
из далекого мира (где темноволосое счастье
улыбается мне).
Я люблю тебя, папа.
Ты где?..